На главную

Березина

"Березина! Роковое имя, роковое место, где могли окончиться, но не окончились, а продлились еще на три года бедствия человечества! Место, где совершена была ужаснейшая ошибка, за которую Европа заплатила новыми сотнями тысяч жизней на полях Лютцена, Бауцена, Дрездена, Кульма, Лейпцига, Ватерлоо, новыми долгими годами разорения и военной грозы!" - так писали о Березинской переправе германские мемуаристы первой половины 19 в., когда еще живо было поколение, пережившее и перестрадавшее наполеоновскую эпопею. Наполеону удалось уйти - и всемирное побоище окончилось не в ноябре 1812г., а только в июне 1815г." (Тарле)

На Березине проявилось все - и блестящий полководческий талант Наполеона, сумевшего ложными передвижениями ввести в заблуждение Чичагова, и "опоздание" Витгенштейна, и усталость основной группировки войск.

18 ноября около часу дня отступающая французская армия выступила из Дубровны и 19-го вошла в Оршу. "...отсюда он (Наполеон) 20-го выступил к Борисову, городу на левом берегу Березины, откуда и думал начать по уцелевшему там мосту переправу на правый (западный) берег реки. Сколько у Наполеона было войск в этот наиболее критический момент отступления? ...Все показания сходятся в одном: у Наполеона было около 30-35 тысч годных к бою людей, может быть, немного больше или немного меньше. Эти люди принадлежали больше всего к чисто французским частям. За ними тащились десятки тысяч итальянцев, немцев, поляков, ...разноплеменных и разноязычных... Их засыпал снег, они мерзли, спотыкались и падали, голод и холод довели их до какого-то потемненного состояния. ...Наполеон шел пешком в рядах старой гвардии, шел по глубокому снегу молча по нескольку километров. ...Он приближался к смертельно опасному барьеру, который нужно было непременно взять или погибнуть". (Тарле)

"...Польские части, которым Наполеон велел в начале похода охранять Могилев и Минск, не исполнили своего задания; генерал Домбровский, получив приказ двигаться к Борисову, не оказал помощи генералу Бронниковскому, и Минск 16 ноября был занят Чичаговым. В Минске в руки русских попали огромные склады продовольствия, на которые Наполеон рассчитывал. Начиналась оттепель (лед на Березине таял). Положение стало совсем отчаянным. С севера, с Двины к Березине, через которую должен был перейти Наполеон, приближался Витгенштейн; маршалы Удино и Виктор не могли его задержать. С юга шел Чичагов, направляющийся к Борисову. 22-го ноября Чичагов вошел в Борисов, вытеснив оттуда Домбровского.

Наполеон побледнел, когда ему доложили об этом. Отряды Платова и Ермолова - авангардные части Кутузова - были уже в двух, если не в одном переходе от французов. Грозили окружение и капитуляция. Наполеон приказал немедленно искать другого места, где можно было бы навести мосты. ...Маршал Удино 23 ноября разбил и отбросил к Борисову начальника чичаговского авангарда графа Палена и, преследуя Палена, вынудил Чичагова очистить только что занятый Борисов. Но Чичагов оставался вблизи, с севера спешил Витгенштейн. Переправляться здесь (в Борисове) Наполеон не хотел и не мог. Целым рядом маневров ему удалось внушить Чичагову мысль, что переправа состоится в Борисове или ниже Борисова". (Тарле. Наполеон)

"...Пока Чичагов стягивал туда свои силы, ...Мюрат, маршал Удино и два видных инженерных генерала Эблэ и Шасслу поспешно строили два моста у Студянки. В ночь с 25-го на 26-е ноября в Студянку вступила императорская гвардия, а на рассвете появился сам Наполеон. Он приказал немедленно начать переправу. Под руками у него было в ту минуту всего 19 тысяч бойцов. Переправа шла уже при перестрелке с отрядом Чаплица (авангардом Чичагова), который первый заметил, что Наполеон уводит куда-то из Борисова свои войска. Наполеон велел занять прочно оба берега у наведенных мостов через Студянку. Весь день 26 ноября к нему подходили войска. В ночь с 26-го на 27-е Наполеон велел переправиться на правый берег маршалу Нею с остатками его корпуса и со всей молодой гвардией. Всю ночь и все утро 27 ноября продолжалась переправа, и французские батальоны один за другим переходили на правый берег. Во втором часу дня 27 ноября двинулась старая гвардия с Наполеоном. За старой гвардией пошли дивизии корпуса Виктора; переправившаяся французская армия выстраивалась на правом берегу.

Вечером и ночью с 27 на 28 ноября на левый берег стали прибывать огромные толпы безорузжых и полубезоружных людей, отставших, больных, с отмороженными ...руками и ногами. За ними стали переправляться обозы...

Бои 28 ноября были упорны, но они не сопровождались успехом для русских. Ни Чичагов, ни Витгенштейн не действовали так, как могли бы, принимая во внимание, что на правом берегу у Чичагова было 25 тысяч человек, а у Наполеона 19 тысяч, на левом же берегу у русских было около 25-26 тысяч, а у маршала Виктора около 7-8 тысяч бойцов. В 9 часов утра 29 ноября при воплях и молениях тысяч раненых, безоружных и всех тянущихся с обозами (около 10 тыс. чел., не успели перейти Березину) генерал Эблэ приказал сжечь оба построенных им... моста.

...Чичагов уже утром 27 ноября узнал о необычном движении около Студянки, но думал, что это лишь демонстрация с целью обмануть его, и весь день провел в деревне Забашевичи. Между тем, после ухода к Студянке французских войск (прежде стоявших в Борисове), в Борисов прибыл "опоздавший" Витгенштейн. Но явился он только со штабом, без армии...

Все было кончено: Наполеон с армией перешел по наведенным мостам через Березину раньше, чем двое русских генералов, которые должны были "завязать его в мешок", явились на место действия". (Тарле)

После соединения двух армий адмирал Чичагов, став командующим объединенных войск, составил новое расписание вверенной ему армии, получившей название 3-й Западной, и разбил ее на корпуса: генерал-майора графа Ламберта; генерал-лейтенанта Маркова (позднее генерал-майора князя Щербатова); генерала от инфантерии графа Ланжерона; генерал-лейтенанта Эссена 3-го; генерал-лейтенанта Воинова; генерал-майора Булатова; отряд генерал-майора Энгельгардта и резерв генерал-лейтенанта Сабанеева. В состав резерва вошли 3 батальона Олонецкого пехотного полка.

"В октябре 1812г. Чичагов двинулся к Березине, и 10-го ноября пришел к Борисову. Во всех действиях его непосредственным помощником был Сабанеев. Разгромленная Кутузовым главная армия Наполеона стремилась на завладение переправою через Березину, разбила наш авангард и 11-го овладела Борисовым. Полагая, что переправа Наполеона последует ниже сего города, Чичагов двинулся с армиею вниз по Березине, к Шабановичам, оставя у Борисова отряд Чаплица и у Студенки отряд Корнилова.

Ноября 14-го (28) Наполеон устроил мост через Березину выше Борисова у Студянки, начал переправляться и оттеснил отряд Корнилова. На помощь ему спешил Чаплиц, но не мог удержать французов. Узнав о том, Чичагов двинулся к Борисову и послал на помощь Чаплицу и Корнилову Сабанеева с 9 и 18-ю пехотными дивизиями. По особому предубеждению своему к действию рассыпным строем, Сабанеев, не доходя до поля сражения, рассыпал в стрелки более половины своего отряда. К необходимому извинению Сабанеева должно сказать, что отчасти он был вынужден на сю меру узкими дорогами в лесу. Едва начали войска Сабанеева выходить растянутою цепью из леса, маршал Ней, пробившись сквозь застрельщиков наших, ударил на резервы, обратил их в лес, но вскоре был отброшен назад. Потом в продолжение целого дня дрались обоюдными армиями в лесу, стрелками. Французы лезли вперед ожесточенно, помышляя не о славе выигранного сражения и приобретении трофеев, но имея ввиду заслонить отступление армии на Зембин и обеспечить жребий нескольких десятков тысяч безоружных, еще находящихся на левом берегу Березины, при войсках, атакованных графом Витгенштейном у Студянки.

(Денис Давыдов позднее вспоминал:"...Чичагов, выслав Сабанеева с войсками к Стахову, приказал изнуренным отрядам Ермолова и Платова стать там же в резерве. Завязался кровопролитный, но бесполезный бой; французская кавалерия яростно атаковала нашу пехоту, причем мужественный князь Щербачев едва не был взят в плен"). Когда редели цепи застрельщиков, на подкрепление их шли другие. Наши и неприятели теряли много людей, подаваясь то вперед, то назад. Местоположение было таково, что с нашей стороны - чему в генеральном сражении не имелось примера - единовременно действовали только два орудия, на узкой дороге при выходе из леса. Тут была сначала рота Арнольди, стрелявшая в 6 смен, т.е. поочередно двумя орудиями, но они не в состоянии были держаться более получаса: дело кончилось истреблением людей и лошадей. Тогда на смену им поступали две новые пушки. Через три часа после великих потерь, понесенных ротою Арнольди, ее отослали назад. Ее место заменили постепенно три другие роты, ...сохраняя позицию в течение двенадцати часов под убийственым огнем артиллерии и пуль. Позади Нея стоял в резерве Наполеон с гвардиею, а между тем к Зембину тянулись обозы, артиллерия, безоружные и нестроевые, по мере того, как переходили они по мостам. До 11-го часа вечера продолжался в лесу между Брилем и Стаховым кровопролитный, нерашительный бой, управляемый Сабанеевым". (Император Александр 1-й и его сподвижники)

"Из всего этого я вижу следующее заключение, - писал впоследствии Денис Давыдов, - если б Чичагов, испортив гати Зембинского дефиле, остался с главною массою своих войск на позиции насупротив которой Наполеон совершил свою переправу, он не возбудил бы против себя незаслуженных нареканий и неосновательных воплей своих соратников, соотичей и потомков, не знакомых с сущностью дела; но присутствие его здесь не могло принести никакой пользы общему делу, ибо по вышеизложенным причинам Чичагову невозможно было избежать полного поражения или совершенного истребления своей армии, что было бы для нас, по обстоятельствам того времени, вполне невыгодно и весьма опасно. Наполеон понес бы, без сомнения, в этом случае несравненно большую потерю, но она была бы, во всяком случае, ничтожна в сравнению с тою, которой Россия была вправе ожидать от своевременного прибытия трех армий к берегам Березины".

Переправившись через Березину, остатки французской армии быстро двигались на запад. Пройдя Вильну и Ковно, 6 декабря 1812 года, еще не выйдя из-за пределов России, в местечке Сморгони Наполеон в сопровождении Коленкура, Дюрока, Лобо и польского офицера Вонсовича уехал из армии, передав командование Мюрату. Маршалы не сомневались - император едет создавать новую армию, он сделает это очень скоро и не раз еще поведет их в бой. Через 12 суток Наполеон прибыл в Тюильрийский дворец.

На главную

Hosted by uCoz